Ансамбль Макаровского Погоста
Статья В. Б. Махаева и А. И.
Меркулова из учебного пособия "Архитектурная история
Мордовского края", Рузаевка, Рузаевский печатник, 1998
г.
1. ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ
РУССКОЙ АРХИТЕКТУРЫ КОНЦА 17 - НАЧАЛА 18 ВВ.
 |
Архитектура Макаровского погоста известна историкам русского
зодчества: в конце 1960-х гг. О.И.Брайцева описала композиционные
особенности ансамбля, включив его здания в круг строгановских
построек.
Русская художественная культура кануна петровских реформ
характеризуется преодолением замкнутости и переходом от
средневековых образов и форм к общеевропейской стилистике
Нового времени. В культуре идет процесс обмирщения, в
результате которого эстетическое в произведении становится
самоценным, не менее значимым, чем религиозное. Особенностью
отечественной культуры стало и то, что искусство и архитектура
того периода были противопоставлены средневековью и как
бы приняли на себя идеологические функции Ренессанса.
Культура приобрела гуманистический образный строй, жизнеутверждающую
направленность, праздничную тональность - в отличие от
европейского барокко 17 в., которое противостояло Ренессансу
своими драматическими коллизиями, контрастными образами.
Эстетическая трансформация архитектуры, ее сближение с
европейской заняли несколько десятилетий. В 1680-1710-е
гг. между русской и европейской архитектурой существовал
значительный сдвиг. В эти годы происходит столкновение
глубоких, но теряющих актуальность символических образов,
многозначных, но уже исчерпанных форм с новыми идеями
и методами их воплощения. Этот период получил название
"московское барокко". В 1710-1760-е гг. синтез
национального и европейского расширяется: традиционные
пространственные представления, мотивы переплетаются с
новыми формами. С 1760-х гг. русское барокко как оригинальная
версия стиля развивается синхронно с европейской архитектурой,
в рамках европейской традиции
После окончания Смутного времени интенсивное строительство
середины 17 в. поставило ряд эстетических задач. Усилия
зодчих были направлены на создание единого художественного
языка архитектуры, как православной, так и гражданской,
с помощью которого можно была создавать и храмы, и палаты.
В качестве главного элемента был взят близкий к кубу объем,
дополняемый крыльцами, скатными крышами, главами. Все
эти разнородные элементы соединялись по принципу складывания,
без связи детали с целым: индивидуальное, единичное не
были обусловлены общим. Характерным для этого метода формообразования
является посадский бесстолпный пятиглавый храм с наборным
декором фасадов. Иоанно - Богословская церковь в Саранске
( 1693 ) - типичный пример архитектуры второй половины
17 в. Несмотря на незначительный временной интервал в
строительстве, эта посадская церковь и здания Макаровского
погоста имеют существенные различия.
В конце 17 - начале 18 вв. развитие универсального языка
было направлено не столько на здания разной функции, сколько
на объединение всей художественной структуры для создания
нового канона. В качестве главного объекта в этот период
выступает не скромный приходский храм, а дворцы и монументальные
храмы в аристократических имениях.
В архитектуре символически обыгрывалась секуляризация
образов: так, для реализации метафоры "церковь -
дом Божий" в православную архитектуру активно входят
элементы жилой архитектуры. Русский жилой дом имел трех
частную структуру (подклеть, жилой этаж с крыльцом, верх),
трех частное членение имело и европейское палаццо. В Макаровской
Иоанно - Богословской церкви подчеркивается трехчастие:
подцерковье, два яруса с папертью и большими окнами и
аттик с восьмигранными окошками. По аналогии с каменным
дворцом фасад церкви делится на ярусы - "этажи",
равномерно прорезанные проемами.
Все элементы делятся на структурно - конструктивные и
декоративно - символические. Рационалистически построенная
композиция основывается на конструктивной необходимости.
Характерные для средневековья "неправильности",
отклонения от симметрии, обострявшие восприятие канонических
форм, в конце 17 в. сменяются упорядоченностью, регулярностью.
Дисциплинирующим началом, подчеркивающим структуру формы,
все больше становится классический европейский ордер,
идущий на смену ордеру древнерусскому, выполнявшему иные
функции. В конце 17 в. немногочисленные элементы античного
ордера являлись декоративными элементами. В московском
барокко ордер стал подчеркивать мерность строительного
модуля, всей структуры в целом. Декоративные элементы
уже не покрывают сплошным ков-ром или широкими полосами
фасад. Рельефный орнамент, оторвавшийся от конструктивной
основы, не имитирующий ее, становится накладным и контрастирует
с открытой гладкой стеной. За счет этого стена с ритмически
расположенными проемами выглядит тонким ограждением. В
Иоанно-Богословской церкви геометрически правильные формы,
четкий ритм одинаковых проемов и простенков задают модульность
объема и внутреннего пространства. В архитектуре церкви
не отражено барочное стремление к крайностям, насыщению
декором, характерные для ряда уникальных московских памятников:
провинциальное барокко сдержаннее, лаконичнее.
В экстерьере, как и ранее, главное внимание уделяется
моделированию каменной массы здания, но внутреннее пространство
уже совершенно иное: барочный подход проявляется в попытках
создать сильные пространственные эффекты, в том числе
с помощью освещения. Художественно обыгранные отношения
между интерьером и экстерьером, декором и конструкцией
- особенность московского барокко, воплотившаяся в архитектуре
Макаровского ансамбля.
Вхождение русской архитектуры в европейский контекст сопровождалось
многочисленными явными и скрытыми западными влияниями
(рационализм, ордер, некоторые формы). Далее в описании
упомянуты многочисленные прототипы и аналоги зданий Макаровского
ансамбля (к ним можно добавить голландские колокольни
17 в., известные русским зодчим; столь же очевидны заимствования
в архитектуре украинского барокко, охватившие в18 в. всю
Россию, включая Сибирь: четыре главы Иоанно - Богословской
церкви имеют барочные формы украинского происхождения).
Наконец, особенностью русской православной архитектуры
рубежа 17 -18 вв. стало личностное начало. До середины
17 в. заказчики - храмодатели согласовывали с архитектором
лишь тип храма, его размеры и прототипы, все остальное
было импровизацией мастеров. В конце 17 в. ощутимы проявления
художественных пристрастий заказчиков. Так, известны сложные
отношения П.В. Шереметева и каменных дел мастера Я. Бухвостова,
строившего в вотчине боярина: заказчик вмешивался в проектирование
и строительство храма и отдал под суд мастера. В архитектуре
Макаровского погоста ощутимо проявление воли и эстетических
воззрений Полянских.
Архитектура Макаровского погоста стилистически близка
произведениям строгановской школы (ряду памятников в Нижнем
Новгороде, Солигаличе, Прикамье и др.), названных по имени
крупнейшего солепромышленника того периода. Главная проблема,
которую решали мастера этой школы, - выразить в канонических
формах бесстолпного пятиглавого храма монументальный образ,
динамичность, нарастающее кверху движение - как в экстерьере,
так и в интерьере здания. Идея вертикальности, устремленности
вверх одноглавого храма, материализована с помощью новых
конструкций в Макаровке. Это обстоятельство сближает ансамбль
с кругом строгановских построек.
2. ЛАНДШАФТНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ОКРУЖЕНИЯ
АНСАМБЛЯ.
Комплекс Макаровского погоста изначально создавался как
архитектурно ландшафтный ансамбль, включающий обширную
территорию к юго-востоку от Саранска. Для строительства
было выбрано место с прекрасными природными условиями,
в то же время типичными для лесостепной полосы России.
Административно - религиозный центр сельского округа был
заложен на высоком холме при слиянии двух малых рек -
Тавлы, вдоль которой цепочкой тянулись деревни, и Каменки.
Правый берег Каменки круто поднимается от реки и уходит
холмистым плато на север, левый берег - низкий, русло
Тавлы изгибается среди широких лугов. На левом берегу
Тавлы у подножия холма было расположено село Богословское,
на левом берегу Каменки село Богословское-Макаровка. Неподалеку,
севернее этого места проходила засечная черта Саранск
- Инзерский острог - Атемар, построенная в 1640-е гг.
Через Каменку проходила Посольская дорога, впоследствии
тракт на Алатырь и Нижний Новгород. С высокого холма открывался
вид на Саранск, лежавший в четырех верстах западнее Макаровки.
В таком окружении возник комплекс усадьбы М.А. Полянского.
Комплекс занимал господствующее по отношению к селам положение,
доминировал в природном ландшафте - сфера его обозримости
простиралась до семи верст. Иоанно-Богословская церковь
как высотная доминанта подчиняла большое пространство
вокруг себя: на рубеже 17-18 вв. ряд усадебных храмов
в подмосковных вотчинах выполняли аналогичную функцию
(в с. Уборы, а также в Филях,- Троицком - Лыкове). Центром
композиции являлась Иоанно - Богословская церковь, поставленная
внутри огороженного стеной пространства.
Подножие холма, Каменка, два фронта сельских улиц в Богословском
и Макаровке ограничивали ближнее пространство с юга и
востока. Севернее погоста, ближе к вершине холма был расположен
усадебный дом, который за счет разницы отметок рельефа
был выше церквей. Ансамбль открывался на запад, он был
обращен главными входами погоста и усадебного дома на
город.
Эта архитектурно - ландшафтная композиция восходит к традиционной
пространственной организации русского села лесостепной
полосы в 16-17 вв. Оно представляло центрическую композицию:
площадь с церковью посредине окружалась кольцом или многоугольником
жилой застройки, все улицы выходили на площадь, фасады
домов были обращены на церковь. Несмотря на выделенность
Макаровского погоста, он не был изолирован от села, а
являлся его пространственным и смысловым центром. Иоанно-Богословская
церковь, расположенная ниже вершины холма, как бы вырастает
из земли. Порядковая застройка сел предполагала трассировку
улиц в соответствии с характером рельефа и создание прозоров
- разрывов, раскрывающих вид на церковь. Живописная свободная
планировка сел соответствовала природным формам. С ними
контрастировала жесткая геометрия плана погоста, символизировавшая
проявление власти хозяином вотчины. Крупномасштабные каменные
формы погоста противопоставлялись измельченным деревянным
формам окружающей его застройки.
К середине 18 в. сформировались характерные панорамы,
включавшие Макаровский ансамбль: со стороны города, с
Посопа; с южной стороны, от Куликовки; с востока. Характер
ландшафта задавал определенную длительность восприятия
ансамбля при движении к нему и раскрытие его в разных
ракурсах вблизи. Ландшафтный ансамбль включал также парк,
пруды, крупные хозяйственные постройки, мост с заставой
и каменной башней сторожа.
В настоящее время Макаровский ансамбль является историке
- архитектурной, ландшафтной доминантой всего юго - восточного
пригорода Саранска. Системой визуальных связей ансамбль
соединяется с центром города, с пригородным участком автомагистрали
Саранск - аэропорт - Кочкурово, с цепочкой сел Посол -
пос. Гагарина; Луховка - Макаровка - Солдатское.
Иоанно-Богословская церковь в окружении живописного ландшафта
видна при взгляде на восток с высотных зданий из центра
города, из района Трехсвятской церкви, от Никольской (Петропавловской)
церкви на Посопе.
Хорошо просматривается далекий силуэт ансамбля с южной
окраины пос. Гагарина. С изрезанного оврагами склона начинается
дорога на Макаровку, выходящая к месту оживленного нового
строительства. Ориентированная на ансамбль улица застраивается
добротными усадебными домами, перед главным входом в монастырь
формируется обширная площадь.
Эффектная широкая панорама пригородного ландшафта с Макаровским
ансамблем открывается с юга - с автомагистрали аэропорт
- Саранск, от въездных знаков. Крупномасштабные формы
ансамбля вписаны в холмистый рельеф и хорошо читаются
на фоне далеких холмов, полей и перелесков среди старой
сельской застройки, садов и огородов, береговой и уличной
растительности. Несколько искажают пейзаж сельскохозяйственные
постройки близ развилки шоссе.
Макаровский ансамбль приковывает внимание при движении
по автомагистрали Саранск - Кочкурово вдоль Луховки, а
также по улице этого села, откуда - через прозоры - открываются
виды на здания ансамбля (до строительства шоссе в начале
1960-х гг. дорога на Кочкурово проходила через Луховку).
Макаровский ансамбль выразительно просматривается с южного
берега Куликовского пруда: отсюда заметна новая жилая
застройка Макаровки, парк и здания погоста. Визуальная
связь этого места с ансамблем очень важна, так как Куликовский
пруд планируется в недалеком будущем превратить в хорошо
благоустроенную рекреационную зону.
Замечательный вид на южный фасад ансамбля открывается
от близлежа-щего моста через Тавлу, между Луховкой и Макаровкой,
особенно хороши виды с широких лугов, окаймленных деревьями.
На ансамбль ориентированы две улицы в Макаровке. Не менее
эффектно смотрится западный фасад ансамбля - от моста
через Каменку и с дальних точек по дороге от Висловки
(Дубрава). Иоанно - Богословская церковь просматривается
с высокой опушки Макаровского леса (Атемарские дачи),
откуда видны большие покатые поля, петляющая в Каменном
овраге речка, сельская улица и верхние ярусы церкви. Наконец,
Макаровский погост виден издалека - с возвышенности, где
ныне располагается саранский телецентр.
Ансамбль расположен на склоне холма, такое расположение
сложной группы зданий создает наибольшее количество видовых
точек и эффектных ракурсов. Геометризм монументальной
архитектуры противопоставлен мягким природным формам:
микрорельефу, изгибам реки, древесным и кустарниковым
массивам, чередующихся с открытыми луговыми пространствами,
огородами.
3. АНСАМБЛЬ ИОАННО-БОГОСЛОВСКОГО МОНАСТЫРЯ
Планировка ансамбля представляет
пятиугольник, в центре которого размещена Иоанно-Богословская
церковь, а по его периметру - надвратная колокольня, зимние
церкви Михаила Архангела и Знамения, две башенки, соединенные
оградой. Основная идея пространственной композиции -доминирование
мощного объема Иоанно-Богословской церкви; все элементы
ансамбля строго симметричны относительно оси запад - восток,
на которую поставлены колокольня и главная церковь. Композиционные
оси образуют крест (зимние церкви, колокольня, Иоанно-Богословская
церковь).
По поводу того, как исторически складывался ансамбль, существует
две точки зрения. По одной версии, в 1690-1700-е гг. была
выстроена Архангельская церковь, затем, в 1704 г. - Иоанно-Богословская
церковь, поставленная по диагонали относительно первой постройки.
Не исключено, что на этом месте были и другие, деревянные
строения, а весь участок был обнесен деревянной стеной.
В 1710-20-е гг., когда в новой столице апробировались регулярные
композиции, в Макаровке появилась идея сформировать строго
симметричный ансамбль: были построены угловые башенки, позже
- надвратная колокольня и зарезервировано место для второй
зимней церкви. Таким образом, регулярный ансамбль мог складываться
постепенно, что видно по разнохарактерным стилевым формам.
Не может быть исключением и другой вариант: ансамбль был
полностью задуман таким, каким он сохранился в начале 20
в.: начат с постройки главной церкви, одновременно была
выстроена Архангельская церковь, а вторая зимняя церковь
по каким-то причинам не была построена, позже были возведены
башни, колокольня и ограда. Анализируя ансамбль в Макаровке,
нужно иметь в виду, что провинциальное градостроительство
менялось очень медленно, и в 1690-1700-е гг. на строго регулярной
основе проектировались лишь военные городки - крепости.
Однако, регулярный ансамбль не может складываться постепенно
- в этом главный аргумент в пользу существования первоначальной
идеи симметричного плана.
Ансамбль в Макаровке демонстрирует синтез традиционных древнерус-ских
и новых рациональных методов создания пространственной композиции.
Центрическое пространство с главным храмом и вспомогательными
зданиями вокруг есть уже упомянутая традиция сельской застройки,
при которой церковь на открытой площади обрамлялась периметральной
жилой застройкой. Кроме того, здесь воспроизводится традиционная
планировка православного монастыря .
Сформировавшаяся к 17 в., она отражала в пространственной
форме иде-альную модель, представления об устройстве космоса:
выделенное замкнутое пространство с собором в центре. Согласно
описания Небесного Града Иерусалима в Апокалипсисе, "город
расположен четвероугольником, длина его такая ж, как и широта"
(Ап., 21,16), а также в других религиозных источниках, например,
в "Христианской топографии" Космы Индикоплова,
структура мира дана как огражденный стеной прямоугольник.
План Макаровского погоста - прямоугольник со срезанными
западными углами. Другой принцип упорядоченности внутреннего
пространства - иерархизации объектов согласно теоцентрической
символике замкнутого мира, воплотившаяся в Макаровском ансамбле:
господство собора, ориентация по странам света и относительно
друг друга, концентричность планировки. Такая иерархизация,
неразрывно связана с принципом символическо-го уподобления
форм. Площадь, окруженная зданиями, ассоциируется с храмом
(его притвор - надвратная колокольня, его стены - две симметричные
церкви, алтарь - главная церковь, купол - открытое небо).
Так же и погост в целом с крестообразным планом уподобляется
престолу с напрестольным крестом.
Кроме того, здесь реализованы традиционные приемы размещения
зданий внутри монастыря: церковь с трапезной и колокольня
ставились западнее собора, главные ворота и вход в собор
находились на одной оси (это характерно для 18-19 вв., ранее
эта ось ломалась). Таковы традиционные принципы русского
градостроительства, воплотившиеся в Макаровском ансамбле.
Новому русскому градостроительству петровского времени свойственно
стремление к буквально понимаемой регулярности - к правильности,
строгому геометризму. "Прямоугольная регулярность",
неукоснительное следование симметрии - в основе Макаровского
ансамбля. Однако, геометрически правильные формы, идеальные
модели не могут быть воплощены в реальном ландшафте без
отклонений: на планировку влияют рельеф и другие природные
факторы. Так, размещение на рельефе со значительным уклоном
пятиугольника размером 120x220 м вызвало отклонение на 15
градусов от оси запад-восток. Новым элементом является площадь
в центре ансамбля, обрамленная постройками (до 18 в. в монастырях
перед храмами были, как правило, лишь небольшие площадки).
Новым композиционным элементом является и крестообразная
схема размещения зданий (считается, что крест впервые был
использован в планировке Донского монастыря в Москве, завершенного
в середине 18 в.).
Пропорционирование плана Макаровского ансамбля основано
на квадрате со стороной 120 м и шестиугольнике со стороной
50 м. Западный и восточный фасады ансамбля вписываются в
треугольник, близкий к равностороннему. Большую роль играет
Пропорционирование пространства для оптимального восприятия
отдельных объемов. Для детального рассмотрения зданий должны
выдерживаться соотношения их высоты и расстояния между ними
(желательное соотношение 1:2). В Макаровском ансамбле расстояние
от паперти до зимней церкви равно двум ее высотам (с главкой),
а от колокольни до Иоанно-Богословской церкви - менее двух
высот церкви (только до шатра восьмерика). Поэтому главная
церковь кажется больше, а зимние церкви - меньше своих истинных
размеров.
В строго симметричном ансамбле прокладывается четкий маршрут
движения зрителя, и на пересечениях композиционных осей
фиксируются видовые точки. При подходе к ансамблю видны
три его элемента с запада - колокольня и зимние церкви (Иоанно-Богословская
церковь заслоняется колокольней), с юга - главная церковь
между Архангельской церковью и башенкой, с востока - главная
церковь между двумя башенками. Весьма выразительны при взгляде
снаружи сочетания объемов в сильных ракурсах. Главная точка
восприятия ансамбля изнутри - при выходе из арки колокольни.
Отсюда справа и слева видны зимние церкви, вдали - угловые
башенки, а прямо по оси доминирует громада Иоанно-Богословской
церкви. Кроме того, прямые линии связывают башенки, паперть
в центре композиции и восьмерики зимних церквей.
Кроме геометрических построений, визуальных связей и чередования
картин для построения целостного ансамбля использовалась
система мотивов. При движении по главной оси ансамбля воспринимаются
формы типа "восьмерик на четверике": в колокольне,
в зимних церквях, далее - в Иоанно-Богословской церкви.
Другой мотив - башенка с луковичной главкой, в различных
вариантах повторяющаяся на тех же зданиях. Суховатая строгая
колокольня контрастирует с живописными объемами зимних церквей,
а они в свою очередь с монументальной главной церковью.
Среди погостов среднерусской полосы 18-19 вв. Макаровский
ансамбль выделяется ясной упорядоченностью. Так, погосты
в Тверской губернии отличались живописностью планировки,
вписанностью в природный ландшафт (погост Витожетка и др.).
Погосты в Рязанской губернии лишены целостности, стилистически
раздроблены (Гусевский погост). Макаровский погост близок
ансамблю в Кидекше близ Суздаля, реконструированному в 18
в.: характерная для тех мест пара древних церквей была объединена
шатровой надвратной колокольней и низкой каменной оградой.
Пространственная организация Макаровского ансамбля сравнима
с регулярной планировкой Чернеева-Никольского мужского монастыря
близ Шацка (Рязанская губерния). Крепостной облик последнего
объясняется тем, что он был основан в конце 16 в. как форпост
Российского государства и возводился силами Донского войска.
Этот крепостной образ сохранился и в архитектуре каменных
зданий 18-19 вв., когда монастырь полностью утратил военную
функцию. Образующие квадрат стены и угловые башни были возведены
в середине 18 в., в центре расположена пятиглавая одностолпная
Никольская церковь (1736), восточнее - Казанская церковь
с трапезной (рубеж 18-19 вв.). Западный фасад монастыря
ограниченный по углам башнями, образован надвратной трехъярусной
Петропавловской церковью под колоколы (1813), которую фланкируют
симметричные одноэтажные корпуса с ломаной барочной кровлей.
В объемных формах "казачьего" монастыря хорошо
просматривается - так же как в Макаровском ансамбле - перекличка
мотивов куполов (колокольня, башни) и фронтонов (колокольня,
служебные корпуса).
Северо-западнее Макаровского погоста выше по рельефу располагалось
имение Полянских. В 1780-е гг. здесь развернулось масштабное
строительство: были выстроены деревянный господский дом,
два флигеля для дворовых, скотный двор, управа, пять риг,
три моста. Усадебное строительства велось и в 19 в., в 1856
г, были выстроены новый каменный дом с пятью флигелями (архитектор
Пятинский), дом управляющего, конный двор, каретный сарай
(хозяйственные постройки в форме каре с восьмигранными угловыми
башнями), имение было окружено каменной оградой.
Архитектура жилого дома, сочетающая разнородные мотивы,
типична для эклектизма середины 19 в. Здание на высоком
цоколе имеет асимметричный фасад с возвышающимся мезонином
и двумя разнящимися башнями. Вход оформлен высоким крыльцом,
шестиколонным портиком из сдвоенных колонн и завершается
пологим фронтоном. Высокая южная башня украшена парным окном
с розеткой, карнизом с арочками и кронштейнами, имитирующими
средневековые европейские башни. Декор фасадов составляют
горизонтальный руст, розетки и вазоны, расположенные, однако,
без взаимной связи. В доме было много обширных помещений,
украшенных художником Нечаевым, открытая терраса.
Главный фасад дома был обращен на запад: с крыльца открывалась
пано-рама с долиной Тавлы, Луховкой, Посопом и городом,
видневшимся на дале-ком высоком левом берегу Саранки. Чрезвычайно
выразителен вид с южной башни дома на погост. Семиметровая
разница отметок рельефа между домом и Архангельской церковью
позволяет увидеть ансамбль сверху в красивом ракурсе. Верхний
этаж башни находится выше глав малых церквей и на уровне
восьмискатной крыши четверика Иоанно-Богословской церкви.
Пространственные взаимоотношения усадьбы и города, погоста
и жилого дома определяют символику градостроительной композиции.
Усадьба Полянс-ких противостояла уездному городу. Активная
деятельность Полянских была вызовом городской власти, в
18 в. они конкурировали между собой. Дом хозяина вотчины
возвышался над господствующей в ландшафте церковью: усадьба
с церковью лежит восточнее города - как Святая Земля - восточнее
Града. |